У Сапковского трахаются все
Таков он в принципе, мир золотого Средневековья, где все жрут и трахаются, базовые инстинкты, куда их спрячешь, зачем их прятать?
Жрут и трахаются, знать и простолюдины, купцы и монахи, молятся за то, чтобы простили оба эти греха и дали возможность иметь к ним доступ и дальше, воюют за то, чтобы иметь право жрать лучше, и трудиться для этого меньше, и неважно, речь о том, чтобы за плугом до вон того леса, или с арбалетом отсюда и пока король не распустит.
Таков мир, еще не тронутый массовым доступом к высоким материям, которые и после то оказались несильно всем нужны, праздник, ярмарка, фестиваль, шумный рынок, эмоции, кружки лупят до дубовым столешницам, взлетют при каждом ударе шапки пивной пены, где то бренчит музыкант и кувыркаются жонглеры, те, кто думает, что Средневековье было мрачным, ошибаются, оно было очень ярким, просто у каждого на свой кошелёк, у знати, у мещан, у крестьян.
У Сапковского жрут и трахаются все, он же плоть от плоти показывает, и Ведьмак его жрёт, когда есть что, за двоих жрёт, когда есть, завтра не будет, а может и самого завтра не будет, и трахает всё, что не пытается убить, или оно не пытается убить его.
Трахает до тех пор, пока не встречает ту, кроме которой не хочет трахать больше никого, практически никого, с этим не сразу всё просто, ну и чтоб её тоже никто больше не трахал, тут тоже есть пара нюансов, но в целом, всё, пришёл к этому, забрать её, удрать на край света, валяться на сене, жрать и трахать, никого не убивать, и никого не бояться!
С романтикой, с нежностью, никто ж не говорит, что всегда на стол нужно опрокинуть, задрав платье, но суть то та же, базовые инстинкты толкают людей все эти тысячи лет, слегка помноженные на жадность и зависть.
И ничего больше, ну разве что втиснут кто то в рамки долга, но и это- когда прижмет.
И чародейки у Сапковского живые люди.
Хотят власти и денег, хотят секса и удовлетворенного тщеславия, хотят на вершину по живым и мертвым, любой ценой, она же в итоге, цена эта, и вон тот, тот и вот этот изумруды в ювелирной лавке оплатит, если нет, их купит другая.
Или другой для другой, что ещё больнее.
Живые люди любят и убивают друг друга, трахают и защищают, предают и жертвуют собой, всё, как и принято у людей, иначе не отличить бы их было от стада овец на лужайке, слишком сложны для овец эти страсти.
У Нетфликс не так.
Не знаю имени этой дамы, которая по квоте в сериале женскую линию в себя записала, но лучше б взяли с лужайки овец, живей бы было.
Йеннифер задвигает такие тексты про борьбу за свободу и будущее, словно она Нельсон Мандела, который из тюрьмы своей Винни пишет, для чтения вслух в ближайшем краале, тут любое либидо и у героя, и у зрителя ветром сдувает на месяц, а то и больше.
Нет никаких инстинктов ни у кого, только борьба за свободу, за свободу кого- не понятно, все из хер знает откуда идут, где им ничерта не угрожает, бороться за свободу от того, кого в глаза не видели, и не увидели б, если б не пришли.
Нелепые тексты пафосные речи, картонные персонажи, бессмысленно мелькающие на экране.
Я понимаю, что дама эта, либеральная, снявшая этот кошмар, из тех, кто обязательно сверху должен быть в постели, даже если колени болят, не потому, что так нравится, а потому что главное не снизу, и потому не секс уже, а просто борьба, как продавить так, чтоб по своему.
И с сериалом точно так вышло, не кино, а так, чтоб по своему, и эта леди трахает Нетфликс, трахает Сапковского, трахает зрителей, скучно и уныло ерзая героями на мокром от бессмысленности экране, ради своей повестки.
И повестка то не её, на самом деле, и удовольствия никакого, и смысла ни в чём нет, и быть не может, и не интересно никому, и деньги не заработаны, а потеряны.
Но я ей благодарен.
Это так интересно, посмотреть, как всё изменилось, с 95 года, когда я взял первый том Ведьмака в руки, и все хотели только трахаться и жрать, и были абсолютно свободны.
За тридцать лет, когда люди, загоняющие всех в рамки, где нет места базовым инстинктам, трахают загнанных унылой и пафосной серостью.
С рассказами про будущее и свободу
Таков он в принципе, мир золотого Средневековья, где все жрут и трахаются, базовые инстинкты, куда их спрячешь, зачем их прятать?
Жрут и трахаются, знать и простолюдины, купцы и монахи, молятся за то, чтобы простили оба эти греха и дали возможность иметь к ним доступ и дальше, воюют за то, чтобы иметь право жрать лучше, и трудиться для этого меньше, и неважно, речь о том, чтобы за плугом до вон того леса, или с арбалетом отсюда и пока король не распустит.
Таков мир, еще не тронутый массовым доступом к высоким материям, которые и после то оказались несильно всем нужны, праздник, ярмарка, фестиваль, шумный рынок, эмоции, кружки лупят до дубовым столешницам, взлетют при каждом ударе шапки пивной пены, где то бренчит музыкант и кувыркаются жонглеры, те, кто думает, что Средневековье было мрачным, ошибаются, оно было очень ярким, просто у каждого на свой кошелёк, у знати, у мещан, у крестьян.
У Сапковского жрут и трахаются все, он же плоть от плоти показывает, и Ведьмак его жрёт, когда есть что, за двоих жрёт, когда есть, завтра не будет, а может и самого завтра не будет, и трахает всё, что не пытается убить, или оно не пытается убить его.
Трахает до тех пор, пока не встречает ту, кроме которой не хочет трахать больше никого, практически никого, с этим не сразу всё просто, ну и чтоб её тоже никто больше не трахал, тут тоже есть пара нюансов, но в целом, всё, пришёл к этому, забрать её, удрать на край света, валяться на сене, жрать и трахать, никого не убивать, и никого не бояться!
С романтикой, с нежностью, никто ж не говорит, что всегда на стол нужно опрокинуть, задрав платье, но суть то та же, базовые инстинкты толкают людей все эти тысячи лет, слегка помноженные на жадность и зависть.
И ничего больше, ну разве что втиснут кто то в рамки долга, но и это- когда прижмет.
И чародейки у Сапковского живые люди.
Хотят власти и денег, хотят секса и удовлетворенного тщеславия, хотят на вершину по живым и мертвым, любой ценой, она же в итоге, цена эта, и вон тот, тот и вот этот изумруды в ювелирной лавке оплатит, если нет, их купит другая.
Или другой для другой, что ещё больнее.
Живые люди любят и убивают друг друга, трахают и защищают, предают и жертвуют собой, всё, как и принято у людей, иначе не отличить бы их было от стада овец на лужайке, слишком сложны для овец эти страсти.
У Нетфликс не так.
Не знаю имени этой дамы, которая по квоте в сериале женскую линию в себя записала, но лучше б взяли с лужайки овец, живей бы было.
Йеннифер задвигает такие тексты про борьбу за свободу и будущее, словно она Нельсон Мандела, который из тюрьмы своей Винни пишет, для чтения вслух в ближайшем краале, тут любое либидо и у героя, и у зрителя ветром сдувает на месяц, а то и больше.
Нет никаких инстинктов ни у кого, только борьба за свободу, за свободу кого- не понятно, все из хер знает откуда идут, где им ничерта не угрожает, бороться за свободу от того, кого в глаза не видели, и не увидели б, если б не пришли.
Нелепые тексты пафосные речи, картонные персонажи, бессмысленно мелькающие на экране.
Я понимаю, что дама эта, либеральная, снявшая этот кошмар, из тех, кто обязательно сверху должен быть в постели, даже если колени болят, не потому, что так нравится, а потому что главное не снизу, и потому не секс уже, а просто борьба, как продавить так, чтоб по своему.
И с сериалом точно так вышло, не кино, а так, чтоб по своему, и эта леди трахает Нетфликс, трахает Сапковского, трахает зрителей, скучно и уныло ерзая героями на мокром от бессмысленности экране, ради своей повестки.
И повестка то не её, на самом деле, и удовольствия никакого, и смысла ни в чём нет, и быть не может, и не интересно никому, и деньги не заработаны, а потеряны.
Но я ей благодарен.
Это так интересно, посмотреть, как всё изменилось, с 95 года, когда я взял первый том Ведьмака в руки, и все хотели только трахаться и жрать, и были абсолютно свободны.
За тридцать лет, когда люди, загоняющие всех в рамки, где нет места базовым инстинктам, трахают загнанных унылой и пафосной серостью.
С рассказами про будущее и свободу