Да, так вот, стосовно посилення стійкості демократіі, про яке склав свій сумнозвісний твір премьер Шмыгаль.
Для того, чтобы хоть что то было хоть как то похоже на демократию, нужно не сокращать количество народных депутатов фантазиями кабмина, а вспомнить, зачем в президиуме Верховной Рады сидит вице-спикер от оппозиции.
А сидит он для того, чтобы вести заседания в тот день пленарной недели, когда оппозиция выносит на голосования свои законопроекты.
Любая оппозиция, при любой власти.
За них можно не голосовать, можно как угодно к этим законопроектам относиться, но дать оппозиции возможность поставить их на голосование, это и есть демократия.
Которую, когда она есть, усиливать не нужно.
А когда её нет, тоже не нужно, нечего.
Вот и всё.
А день этот, оппозиционный, у нас в стране десять лет назад как то безнадежно потерялся.
Для того, чтобы хоть что то было хоть как то похоже на демократию, нужно не сокращать количество народных депутатов фантазиями кабмина, а вспомнить, зачем в президиуме Верховной Рады сидит вице-спикер от оппозиции.
А сидит он для того, чтобы вести заседания в тот день пленарной недели, когда оппозиция выносит на голосования свои законопроекты.
Любая оппозиция, при любой власти.
За них можно не голосовать, можно как угодно к этим законопроектам относиться, но дать оппозиции возможность поставить их на голосование, это и есть демократия.
Которую, когда она есть, усиливать не нужно.
А когда её нет, тоже не нужно, нечего.
Вот и всё.
А день этот, оппозиционный, у нас в стране десять лет назад как то безнадежно потерялся.