За весь период Второй Мировой Войны, Соединенные Штаты призвали шестнадцать миллионов человек.
Для сравнения, Советский Союз мобилизовал тридцать пять, то есть, Штаты воевали не на бумаге совсем.
Миллионы молодых американских парней плыли за тридевять земель и тонули в океане под ударами японских торпед, гибли, разбиваясь о палубу при посадке на авианосцы в шторм, умирали тысячами под градом осколков в Хюртгенском Лесу, падали взводами во время высадки в Нормандии и под Бастонью.
Ради того, чтобы вот так, как тогда, больше не было.
Как Япония, как Рейх.
Ради того, чтобы больше не было вот так, как сейчас.
Как РФ.
И вот это вот Илоновское, включил Старлинк- выключил, это словно судьбы миллионов человек пришпилить будто бабочку к картону, и смотреть, как они беспомощно дергаются.
Я не общаюсь с Маском, не общаюсь с международниками, очень благодарен за Старлинки и за всю помощь от всех.
За каждую копейку благодарен, за каждый патрон, за каждое слово в поддержку.
Но был бы очень рад, если бы кто то мог сказать Илону, без упрека, просто, вдруг он не думал об этом никогда, что это ведь тоже самое сейчас.
И выключить Старлинк, это всё равно, что выключить его тем американским морякам, которые горели заживо под японскими бомбами в Перл-Харборе.
Нельзя проскользнуть мимо очевидного зла, сделав вид, что не заметил, оно не пускает.
Его можно или оттолкнуть, или обнять, иначе не получается.
Невозможно иначе.
Для сравнения, Советский Союз мобилизовал тридцать пять, то есть, Штаты воевали не на бумаге совсем.
Миллионы молодых американских парней плыли за тридевять земель и тонули в океане под ударами японских торпед, гибли, разбиваясь о палубу при посадке на авианосцы в шторм, умирали тысячами под градом осколков в Хюртгенском Лесу, падали взводами во время высадки в Нормандии и под Бастонью.
Ради того, чтобы вот так, как тогда, больше не было.
Как Япония, как Рейх.
Ради того, чтобы больше не было вот так, как сейчас.
Как РФ.
И вот это вот Илоновское, включил Старлинк- выключил, это словно судьбы миллионов человек пришпилить будто бабочку к картону, и смотреть, как они беспомощно дергаются.
Я не общаюсь с Маском, не общаюсь с международниками, очень благодарен за Старлинки и за всю помощь от всех.
За каждую копейку благодарен, за каждый патрон, за каждое слово в поддержку.
Но был бы очень рад, если бы кто то мог сказать Илону, без упрека, просто, вдруг он не думал об этом никогда, что это ведь тоже самое сейчас.
И выключить Старлинк, это всё равно, что выключить его тем американским морякам, которые горели заживо под японскими бомбами в Перл-Харборе.
Нельзя проскользнуть мимо очевидного зла, сделав вид, что не заметил, оно не пускает.
Его можно или оттолкнуть, или обнять, иначе не получается.
Невозможно иначе.