Годами Европейская Солидарность, в девичестве БПП, боролась за то, чтобы в эфиры пускали только правильных.
Во все эфиры, речь о частных каналах, которым порохоботы надменно указывали на то, кого пускать можно, а кого нельзя.
Существовала масса критериев, отношение к Майдану, отношение к истории, отношение к религии, языку, принадлежность к какой то политической силе или оппозиционность ей, отношение к конкретным сиюсекундным процессам или инициативам власти, перечислять можно вечно.
Гости, ведущие, целые телеканалы, отдельные темы и группы тем объявлялись запретными, моментально организовывалась волна хейта, включались живые ломы, сторонники и ботофермы в соцсетях, порохоботам всё очень нравилось.
И вдруг они заподозрили, что неправильными посчитали их.
И перестали звать, приглашать, пускать в эфиры.
И они очень из за этого расстроены.
Но я никак не могу понять, почему?
Всё ж так, как они любят, любили всегда и любят по сей день.
Во все эфиры, речь о частных каналах, которым порохоботы надменно указывали на то, кого пускать можно, а кого нельзя.
Существовала масса критериев, отношение к Майдану, отношение к истории, отношение к религии, языку, принадлежность к какой то политической силе или оппозиционность ей, отношение к конкретным сиюсекундным процессам или инициативам власти, перечислять можно вечно.
Гости, ведущие, целые телеканалы, отдельные темы и группы тем объявлялись запретными, моментально организовывалась волна хейта, включались живые ломы, сторонники и ботофермы в соцсетях, порохоботам всё очень нравилось.
И вдруг они заподозрили, что неправильными посчитали их.
И перестали звать, приглашать, пускать в эфиры.
И они очень из за этого расстроены.
Но я никак не могу понять, почему?
Всё ж так, как они любят, любили всегда и любят по сей день.